ПРОЕКТЫ     КМТ  

КМТ

Библейский Апокалипсис

Игорь Усимов © 2014

Интерфейс божественного гнева версия 6.6.6

   Борис прятал игроков в подвале заброшенного деревенского дома и допрашивал, если удавалось взять их живыми. В подвале стояла просторная железная клетка, где подключенные к Интерфейсу 6.6.6. игроки ждали своей участи. Бор никогда раньше не спешил, предпочитая точно выяснить у заключенного историю его игры, но теперь, когда время поджимало и до гибели Москвы оставался всего один месяц, медлить было нельзя.

    — Какой город вы выбрали? — спросил Бор у запертого за решеткой щупленького старика.

    — Вы игрок? — встрепенулся старик, обхватив ладонями толстые прутья клетки. — Зачем вы закрыли меня здесь?

    — Я всего лишь хочу узнать, какой город вы выбрали, — устало ответил Бор, — болтать с вами мне некогда, понимаете?

   В доказательство своих слов Бор вытащил из кармана куртки пистолет и положил его на низенький табурет, стоявший у входа. Бору еще не исполнилось тридцати лет, и обычно он выглядел моложе своего возраста, но сегодня темные круги под глазами, появившиеся из-за череды бессонных ночей, превратили его в монстра.

    — Я понял, понял, — примирительно ответил старик, — молодой человек, вы случайно не немец?

   Бор непонимающе уставился на заключенного, медленно ответив:

    — Я русский.

   Старик удовлетворенно кивнул.

    — Хорошо, я просто боялся, что вы не так меня поймете, — он запнулся. — Я выбрал Берлин.

   Бор заглянул в Интерфейс и пробежал глазами цели Божественного гнева. В первых строчках все также стояли Москва и Вашингтон. Берлин оказался на двенадцатом месте. Его выбрал некто Виктор. Старик скорее всего не врал, но следовало его проверить.

    — Почему Берлин?

   Старик облегченно вздохнул, почувствовав, что стоящему перед ним тюремщику нет никакого дела до судеб немецкого народа.

    — Эти фашисты нам еще за Великую Отечественную не ответили.

   Бор прошелся рядом с решеткой, ответив:

    — Только все фашисты давно уже живут в Вашингтоне, а не в Берлине.

   Старик не нашел, что ответить. Бору показалось, что последняя мысль ему в голову не приходила.

    — Да, в США их полно, — наконец ответил заключенный, — ну и плевать. В Германии их не меньше.

   Судьба немцев Бора ничуть не волновала, главное, он выяснил, что старик в клетке вряд ли мог выбрать Москву в качестве мишени Интерфейса 6.6.6. А что касается Берлина — какой-то город нужно было выбрать, и почему не Берлин? Какие города Земли больше всех заслуживают судьбы Содома и Гоморры?

   Старик выбрал Берлин по той же причине, по которой Бор выбрал Вашингтон. Когда в коллективе требуется назначить жертву, останавливаешься на самом неприятном тебе человеке. Такой страной для Бора давно стали США. Он не желал миллионам жителя Вашингтона смерти, но если выбирать, кому в мире суждено погибнуть от гнева Господа, пусть это будут лучше жители Вашингтона, чем жители Москвы, Пекина, или какого-нибудь Каира. По той же причине старик выбрал Берлин, и Бор даже не думал его за это критиковать.

    — Может быть, вы знаете, кто выбрал Москву? — прямо спросил Бор, застегнув молнию на своей зимней куртке.

    — Не знаю, — ответил старик, — у русских и американцев много врагов. А вы разыскиваете...?

   Старик не договорил, испугавшись пришедших ему мыслей.

    — Да, именно так. Я разыскиваю тех, кто выбрал в качестве мишени Москву, — сказал Бор. — Уверен, что вы знаете: стоит от них избавиться, и город будет спасен. Пуля во лбу лечит любое заблуждение.

   Игра, в которой участвовали оба находящихся в подвале человека, не предполагала особенного разнообразия. Либо ты убьешь игрока, выбравшего твой любимый город, либо этот город будет уничтожен гневом Господа. Через месяц на Москву упадет метеорит или прольется ядовитый дождь, а до этого времени следовало разыскать среди тридцати участников игры того, кто выбрал Москву, и пустить ему пулю в лоб. Раньше игроков было больше, но многих уже отправили на тот свет, несколько раз покушались и на самого Бора. После первого покушения Бор и купил себе пистолет Макарова.

   Отпускать старика Виктора было нельзя. Он мог запросто оказаться тем, кто выбрал Москву, а теперь просто притворялся перед Бором. После того, как убьешь первого человека, убить следующего проще. А пятого — проще простого. Не произнеся и слова, Балашов поднял пистолет на старика и выстрелил. Пуля попала в живот, полилась кровь, старик закричал. Черт, ну почему я всегда промахиваюсь? Бор выстрелил еще раз, и на этот раз старик умер.

   Никакая жестокость теперь не волновала Бора. С тех пор, как он увидел по телевизору картины наполовину смытого волной Питера. Треть граждан погибло. Неожиданный катаклизм, как говорили телеведущие и ученые. Что-то там проснулось под водой, вызвало цунами. Но почему пострадали только петербуржцы, а жители Финляндии и Швеции остались невредимы? Бор теперь знал, что Санкт-Петербург выбрала Марина Гаки. Марина стала его второй жертвой, он убил ее не из чувства мести. Просто он решил избавиться ото всех игроков. На человека нельзя надеяться. Он может встать не с той ноги и выбрать какой-нибудь русский город, просто случайно нажав не на тот пункт меню Интерфейса 6.6.6. Так и было с Мариной. Она не виновата. Но никто обычно не виноват. Большинство заболеваний предупреждаются профилактикой, и Бор решил излечить этот больной мир от слабости и глупости.

   Для Бора все началось примерно год назад, когда он случайно нашел Интерфейс 6.6.6. Сначала он думал, что это обычный карманный компьютер: матовое пластиковое покрытие, умещается на двух ладонях, черный экран. Только после осмотра он не обнаружил никаких дырок, куда можно было бы всунуть слот питания или карту памяти. Ни одной дыры! Только экран и обычная стандартная русско-английская клавиатура. А потом черный экран загорелся, и на нем появилась с некоторых пор такая привычная программа. Справа располагалось меню выбора мегаполисов, слева — карта, показывающая местонахождение игроков. Кроме того, каждый игрок иногда мог воспользоваться некоторыми бонусами. Например, режимом невидимости: на день исчезнуть с карты, чтобы другие игроки не знали, где он находится.

   Убежище в заброшенной деревне Бор всегда посещал в режиме невидимости. Его жертвы — другие игроки — также исчезали с карты, если Бор к ним приближался. Очень удобный режим, только использовать его можно было примерно раз в несколько дней.

   Раньше Бор был обычным преподавателем математики в университете, слабым апатичным человеком без мечты и стремлений. Иногда он интересовался политикой и пару раз голосовал за Путина и Медведева. Ничто его не интересовало, даже математика, с которой он благополучно распрощался после защиты кандидатской степени. В конце концов, он писал статьи только для того, чтобы получить право преподавать в ВУЗе.

   Интерфейс 6.6.6 Бор нашел уже тогда, когда отношения между США и Россией порядком испортились, и сразу выбрал Вашингтон. Кто же знал, что среди игроков есть фанаты Америки? Нашлось сразу несколько охотников, которые чуть не убили Бора. Отследить новичка проще простого, он вдруг появляется на карте Интерфейса и загорается зеленым цветом. Все равно, что надпись на лбу «убей меня побыстрее — вот он я!». Бору повезло. Схвативший его любитель США оказался не способен на убийство, и долго не решался отправить Бора на тот свет. Облил бензином, но кинуть зажигалку не успел. Приехала полиция, и охотник трусливо сбежал.

   После этого случая и катастрофы в Питере Бор понял, в каком мире очутился. Он совсем забросил свою работу и стал тренироваться. Он каждый день пробегал по десять-двадцать километров, ходил в спортивную секцию самбо, нашел через интернет продавцов оружия. Чтобы купить пистолет Макарова, пришлось взять кредит в банке, но с пушкой в кармане к Бору пришла уверенность в своих силах.

   Первого своего человека Бор убил, пытаясь спасти свою жизнь. Тогда он узнал, что кроме режима невидимости в игре есть еще несколько других бонусов. Например, режим дрессировщика ядовитой саранчи или вызывающего кислую полынь. Эффект от таких режимов локальный — едва хватало, чтобы отправить конкурента на тот свет. Если бы не тренировки в тире и не потрепанный временем пистолет Макарова, кто знает, что случилось бы с Бором. Убийца напал внезапно и вызвал ядовитую саранчу. Хорошо, что нападавший не знал о пистолете. Один укус саранчи — это верная смерть, но Бор опередил его и выстрелил. Бору повезло. Пуля прошла через голову врага, и после его смерти вся саранча мгновенно исчезла — прямо в нескольких сантиметрах от лица Бора.

   Потом случилась катастрофа в Питере, и Бор начал действовать. Он купил у дилера несколько коробок с пулями. Должно было хватить на всех игроков. С Мариной, выбравшей Питер, ему повезло, нашел он ее очень скоро. Женщин в игре осталось не так уж много, всего пять, и разыскать ее оказалось легко. Марину Бор утопил в озере, чтобы она смогла полнее прочувствовать боль погибших жителей Санкт-Петербурга, но ненависти к ней у Бора почти не было. Он быстро понял, что Марина выбрала Питер случайно, решив, что Интерфейс 6.6.6 — это какой-то GPS-навигатор или google-map.

    Бор не знал, почему игра началась, и кто разбросал в его провинциальном городе эти предметы, похожие на карманные компьютеры. Зачем, почему? Ответа не было. Случился ли в загробном мире катаклизм, произошла ли диверсия — Бор не знал. Он просто решил не допустить гибели Москвы. А еще ему хотелось выжить и уничтожить божественным огнем Вашингтон. Бор нажмет на кнопку — и погибнут миллионы людей. Сможет ли он спокойно жить после этого? Бор не думал о том, что будет после победы. Он собирался разбираться с проблемами по мере их поступления.

   Когда Бор убил старика, Берлин пропал из списка целей Интерфейса 6.6.6 вместе с Виктором. Старик не соврал и выбрал Берлин. Его смерть подтвердила его искренность, и Бор почувствовал себя средневековым судьей, который жарит ведьм на костре, чтобы убедиться в их невиновности. Если женщина сгорала на костре — значит она точно не ведьма. Ведь ведьмы в огне не горят. Старик оказался невиновен, и пуля в его голове доказала, что он не выбирал Москву. Оставалось проверить еще тридцать игроков в месячный срок. Времени в обрез. Один человек — один день. Тяжелая задача. Еще и потому, что многие игроки подготовились к встрече не хуже Бора. Наверняка купили себе оружие, а уж вспоминать о бонусе вроде ядовитой саранчи совсем не хотелось. Сумеет ли он проверять по человеку в день? А еще есть полиция, которая может вмешаться.

   Чтобы полиция не встала на его дороге, Бор усердно прятал мертвые тела, закапывая их глубоко в землю. Обычно на рытье ямы уходило половина ночи, потому-то последнее время он и не высыпался. Когда Бор бросил в землю тело старика, Интерфейс 6.6.6 подал звуковой сигнал, похожий на звук телефона. Кто-то убил еще одного игрока. Бор уже знал, что есть другой охотник за владельцами Интерфейсов. За последнее время количество игроков сократилось на 5 человек, но среди них на совести Бора было всего два человека. Остальных трех убил охотник. Это только упрощало задачу Бора. Он поблагодарил неизвестного убийцу, понимая, что с ним придется столкнуться в самом конце игры. Останется только один из нас! Бор улыбнулся и крепче сжал рукоять лопаты, которой бросал песок на труп старика.

   Убитый выбрал Оттаву. Канадская столица пропала из списка Интерфейса 6.6.6. Черт, лучше бы умер тот, кто выбрал Сеул! Корейцы симпатичнее, чем канадцы. Так считал Бор. Просто его сестра любила корейские сериалы.

   Сестру убили игроки, когда охотились на Бора, и произошло это случайно — она умерла от укуса ядовитой саранчи. Единственный близкий человек. Это случилось почти в самом начале, когда Бор только нашел Интерфейс. Он даже не попрощался с ней, а убежал, пытаясь спасти свою жизнь. Бор иногда думал о том, что рано или поздно она все равно бы погибла, потому что у Бора появилось слишком много смертельных врагов. После гибели сестры у него не осталось уязвимых мест. Иногда он даже радовался тому, что она погибла в самом начале, позволив ему полностью отдаться своей миссии...

   

   

***



   За последние две недели Бор начал чувствовать себя каким-то наемным убийцей или мясником. Семь человек — ровно столько он убил, если считать вместе со стариком Виктором, выбравшим Берлин. Одновременно с ним другой охотник убил восемь человек, и из тридцати игроков осталось только пятнадцать, включая самого Бора и неизвестного убийцу. Бор так и не нашел того, кто выбрал Москву. Города исчезали из списка один за другим, но Москва и Вашингтон оставались на месте.

   Бор уже давно не читал лекции в университете. Несколько месяцев назад он сумел выиграть на бирже немного денег, когда в Японии произошло запланированное Интерфейсом землетрясение. Игра могла приносить выгоду владельцу Интерфейса 6.6.6, чего не скажешь о тех миллионах, что погибли под завалами Токио. Плевать на Токио! Тут каждый сам за себя. До апокалипсиса в Москве оставалось всего две недели и четырнадцать человек, которых необходимо было поскорее убрать.

   «Приходи на вокзал в 11.00», — на телефон вдруг пришло сообщение. «Ты кто?» — спросил Бор. «Приходи на вокзал, поговорим», — последовал ответ. «О чем?» «О наших совместных делах, я знаю, что ты хочешь найти игрока, выбравшего Москву». «Хорошо, встретимся в 10.00», — ответил Бор. До десяти часов утра оставалось совсем немного времени, и Бор надеялся, что незнакомец не успеет подготовить ловушки. На многолюдном вокзале игроки не решились бы использовать бонусы Интерфейса вроде ядовитой саранчи. Или решились бы? Бор нервничал, заходя в здание городского вокзала.

   Они встретились лицом к лицу. Молодой Бор в теплой зимней куртке и бородатый мужчина в сером пальто.

    — Ты моложе, чем я думал, — сказал мужчина. — Меня зовут Михаил.

   Они сели на скамейку, оценивая друг друга взглядом. Бор держал в кармане пистолет, осматриваясь вокруг в поисках опасности.

    — Говори, — сказал Бор.

    — Мы неплохо почистили наши ряды, — начал Михаил, — уполовинили игроков, но с оставшимися будет не так легко справиться.

   Рядом проходили люди, спешащие с тяжелыми чемоданами и сумками на поезд. Михаил пристально приглядывался к каждому человеку, продолжая свою речь:

    — Я знаю, что ты разыскиваешь игрока, выбравшего Москву. Его имени нет в списке. Наверное, он использует режим инкогнито. Я хочу тебе помочь. Я не имею ничего против России, поэтому и хочу, чтобы мы объединились. Избавимся вместе от остальных игроков и заживем спокойно. Или в конце устроим поединок между нами двумя. Как я понимаю, для тебя важно спасти Москву, и я тебе в этом помогу.

   В планы Бора не входило вступать с кем-то в союз, поэтому он ответил:

    — Я справлюсь без тебя.

    — Ой ли? Ты уже знаешь, кто остался? Депутат, крупный бизнесмен с охраной, третий — полицейский, кажется, оперативник. Остальные старательно укрываются и готовятся к встречи. Многие прикупили себе оружие. В одиночку нам с ними не совладать.

    — Почему ты вообще хочешь их убить? — спросил Бор.

    — Профилактика. Кто знает, как поведет себя тот же бизнесмен или опер? Понимаешь, я хочу остаться в живых. Потому и нуждаюсь в твоей помощи. Говорю откровенно, Боря.

   Михаил дружелюбно улыбнулся, а Бор нахмурился. Он и сам кое-что разузнал о других игроках и убедился, что их будет не так просто убрать с дороги, и сидящий напротив бородач говорил правду. И все же Бор не хотел никого впускать в такое интимное дело, как убийство человека. Он знал, что почувствует себя скованным, если будет работать вместе с этим охотником.

    — Ты долго думаешь, — заметил Михаил. — Тебе не справиться с оставшимися игроками без меня.

   Бор измерил оппонента взглядом, удостоив его коротким ответом:

    — Поглядим.

    — Да черт, — занервничал Михаил, — неужели ты отказываешься от моего предложения? Ладно. Вот тебе моя визитка, звони, когда надумаешь.

   Он протянул картонку, и Бор не глядя спрятал ее во внутренний карман куртки. Михаил встал и быстро нырнул в толпу. Бор огляделся вокруг и тоже поспешил покинуть людное место, где в любую секунду могли появиться нежданные преследователи.

   Бор не нуждался в напарнике. Не для того он целый год тренировался как проклятый, чтобы теперь попасть в зависимость от другого человека. Он стрелял из Макарова как снайпер, пробегал стометровку за 13 секунд, стал выносливым как гепард, нарастил себе мышцы, выучил жестокие приемы рукопашного боя: выдавливать противнику глаза, ломать гортань, разбивать коленные чашечки. Бор гордился тем, что так хорошо научился убивать людей, но не хотел показывать свое мастерство другим. Потом, когда все закончится, лишние свидетели будут не нужны.

   Если игра хоть когда-нибудь закончится. Ее завершение никто не гарантировал...

   Первой своей целью Бор выбрал бизнесмена. Бизнесмен прятался в своем загородном поместье. Бор хорошо подготовился. Изучил планы, которые достал в градостроительном архиве, несколько дней наблюдал за передвижением охранников, проследил за распорядком дня бизнесмена. Если бы у Бора была снайперская винтовка, дело бы облегчилось, но достать ее не представлялось возможным.

   На виллу Бор проник, не подняв шума. Он знал, где обычно скрывается бизнесмен. Второй этаж, третья дверь налево. Об этом рассказала одна из служанок за умеренную плату. Когда охранник прошел по коридору, Бор прокрался к нужной двери, прислушался и ворвался в комнату. Бизнесмена внутри не оказалось, зато на большой двуспальной кровати сидела маленькая девочка и держала Интерфейс 6.6.6.

   Девочка хотела заплакать, но Бор приложил палец к своим губам, намекнув ей, чтобы она не шумела. Девочка послушалась, с интересом наблюдая за новым гостем. По виду ей можно было дать года три-четыре. Позже из соседней смежной комнаты вышел высокий мужчина. Увидев направленный на него пистолет, он замер, и Бор показал ему дулом двигаться к кровати.

    — Не убивайте мою дочь, — тихо сказал бизнесмен. — Она просто хотела съездить в Париж.

   В Интерфейсе 6.6.6 значилось, что Париж выбрала некая Ольга. Значит, игроком был не бизнесмен, а его малолетняя дочь. Что ж? Франция вместе с ее столицей нисколько не волновали Бора.

    — Ваша дочь нашла Интерфейс? — спросил он у бизнесмена.

    — Я не знаю, как он к ней попал. Пожалуйста, я прошу...

    — Плохо.

   Детей Бор еще никогда не убивал и не хотел начинать. Внезапно дверь раскрылась, и в комнату вошел Михаил. В руках у него был пистолет.

    — Вот так встреча, — сказал он Бору.

   Бор ничего не ответил, и Михаил добавил:

    — Я тоже решил сначала избавиться от бизнесмена и его дочурки. Ты уже понял, в чем здесь закавыка?

   Бизнесмен занервничал и двинулся поближе к дочери, стараясь прикрыть ее своим телом.

    — Я вижу, что ты медлишь. Не знаешь, что делать с маленькой девочкой. Неужели не жалко парижан? Все же европейцы, Дюма, Сартр... Я сделаю все за тебя.

   Михаил достал нож и направился к бизнесмену и его дочери. Девочка закричала, а высокий бизнесмен поднялся, решившись защищаться, и одновременно начал звать на помощь. Его вопли продолжались всего несколько секунд, а потом Михаил ударил его сталью в бок, и бизнесмен быстро затих. Девочка еще кричала, но Михаил ловко зажал ее рот и начал душить. Через минуту девочка перестала шевелиться и распласталась на диване. Черные длинные локоны запорошили ее мертвое лицо.

   Бор так и стоял на месте, направив пистолет в пол. Он не знал, смог бы он так просто задушить эту девочку. Его поразила решимость Михаила. Чтобы стать сильнее, следовало расстаться с иллюзиями, и у Михаила все получилось. В древние времена жизнь ребенка ценилась значительно меньше, чем жизнь взрослого. Стоило ли переживать об этом сейчас, когда счет шел на миллионы?

   Интерфейс 6.6.6 звуковым сигналом сообщил о том, что Париж пропал из целей божественного гнева. Бор очнулся от своих размышлений и проверил коридор. Охранники не услышали криков бизнесмена и его дочери. Путь отхода был свободен. Они с Михаилом осторожно убрались из охраняемого дома, миновали сад и перелезли через высокий каменный забор.

    — Следующая цель — депутат, — сказал Михаил, когда они ехали в его машине. — С ним будет сложнее всего.

    — Почему?

    — Убить его просто, а вот потом на нас объявит охоту вся полиция города.

   Он достал из куртки нож, завернутый в черную материю, и кинул его на заднее сиденье.

    — Но с бизнесменом сложностей не возникло, — заметил Бор.

    — Ой ли? — усмехнулся Михаил. — У тебя духу не хватило убить девочку. Если бы я не подоспел...

   Бор прервал собеседника, произнеся:

    — Еще год назад я учил студентов, как решать матричные уравнения. А сегодня на моем счету десять трупов. Я не получаю никакого удовольствия от убийства людей. А ты, как я вижу, рад, что задушил ребенка.

   Машина резко затормозила и остановилась у обочины дороги.

    — Ты прав, — сказал Михаил, сжав руками руль. — Я становлюсь все более бесчеловечным. Я думаю, это потому, что мою дочь укусила ядовитая саранча. Может быть, убивая чужих детей, я получают удовлетворение, чувствую, как восстанавливается справедливость. Ты должен меня понять!

    — Я тебя пойму как-нибудь потом, — процедил Бор.

    — Тогда выметайся!

   Бор вышел, посоветовав на прощание:

    — Больше не смей вмешиваться в мои дела. Я тебя не прощу.

   Дверь хлопнула. Машина тронулась и скрылась за поворотом. Бор вернулся в город на попутке.

   

   

***



   Депутат жил в элитном доме. В коридорах висели камеры, а при входе в подъезд дежурил охранник. Камеры не волновали Бора, потому что во время эпидемии гриппа позволительно ходить в медицинской повязке, а охранник часто отлучался со своего поста, оставляя проход в подъезд свободным.

   Последнее время Бор устал от жизни. Но сейчас думать об отдыхе не стоило. Слишком многое было поставлено на карту. Он победит, Москва останется стоять еще на тысячи лет, а приятным дополнением станет апокалипсис Вашингтона. Признаться, США давно заслужили гнев Господа — хотя бы за однополые браки...

   Депутат устроил ему ловушку. Бор проник в его элитные апартаменты и чуть не схватил пулю. Не было никакого боевика. Просто какие-то подонки подкараулили Бора и стали стрелять. Они явно не обладали Интерфейсом 6.6.6, а владелец Интерфейса значительно сильнее обычных людей. Бор активировал бонус ядовитой полыни, который берег специально для таких экстренных случаев. Одетые в кожаные куртки бандиты, словно сошедшие с чернушных фильмов 90-годов, покрылись язвами, упали на бетонный пол и забились в судорогах. Бор не стал рассматривать, как они умирают, а быстро ретировался из подъезда, поправляя медицинскую повязку на лице.

   На улице его ждали. Из машины высунулся автомат Калашникова и выплюнул в его сторону длинную очередь. Бор успел прыгнуть на землю, спрятавшись за бетонную скамью. Здесь не американский боевик. Любое ранение выведет его из игры. Он станет бесполезен и не спасет Москву. Чертов депутат! Вдруг Бор услышал мощный хлопок. Он выглянул из-за укрытия и увидел, что машина, из которой высовывался автомат, горит ярким пламенем. Бор сразу узнал бонус божественного огня: с неба на выбранный участок обрушивалась раскаленная плазма. Машина почти расплавились, от ее пассажиров не осталось и следа. Интересно, как эксперты объяснят полиции случившееся?

   Из-за угла дома вышел Михаил.

    — Что-то у тебя все не клеится, — сказал он. — Я помогаю тебе уже который раз.

   Бор ничего не ответил, быстро поднялся с земли, держа на мушке Михаила и оглядываясь по сторонам. Не увидев ничего подозрительного, Бор побежал прочь от депутатского подъезда. Когда он оказался за несколько кварталов, остановился и снял повязку.

   Кто-то стоял рядом. Бор мгновенно обернулся и направил на человека оружие. Это опять Михаил.

    — Я же сказал, что не прощу тебя, — сказал Бор.

   Михаил ничего не ответил, а лишь прошелся рядом с ним, держа руку в кармане своего пальто.

    — Депутата ты так и не убил, — сказал Михаил. — И не убьешь. Он спрятался там, где ты его никогда не найдешь. Зато мой жучок, который я поставил на его машину, мне все рассказал. Будем работать вместе?

    — Ты и за мной следишь с помощью жучка?

    — Разумеется. Один жучок заменяет целый отдел полиции.

   Зазвонил телефон. Бор снял трубку, не спуская глаз с Михаила и его руки, погруженной в карман пальто.

   «Кто это?», — спросил Бор. «Это ты Борис?», — поинтересовался баритон. «Да». «У нас твоя сестра». «Моя сестра умерла». «Это мы знаем». Борис опустил трубку телефона, поглядев на Михаила. Тот внимательно наблюдал за тем, как меняется лицо Бора. Звонок заинтересовал Михаила. «Твоя сестра умерла, но бонус оживления прекрасно работает», — сказал мужской голос. Бор опять опустил трубку, спросив у спутника:

    — Интерфейс 6.6.6 может оживлять людей?

    — Что? — Михаил, стоявший рядом, сильно удивился, так что его лоб разгладился от морщин, а лицо застыло.

   «Твоя сестра у нас, опять живая и здоровая», — повторил баритон. «Докажите!» «Сейчас послушаешь ее голос».

    — Оппа, это ты? — из телефона раздался женский голос, и Бор узнал сестру.

   Ее голос, а еще привычное «оппа» — корейское обращение младшей сестры к брату. Даже в такой ситуации она не забыла о своих узкоглазых корейских друзьях из сериалов. Смешная девочка!

    — Маша? — спросил Бор. Поверить было сложно, она умерла почти год назад.

    — Оппа, это я! — ее голос прервался, и в телефонной трубке опять заговорил баритон:

    — Приходи на встречу, нам стоит поговорить.

    — Кто это был? — спросил Михаил, когда связь прервалась. Его не на шутку заинтересовал вопрос о воскрешении. Он уже думал, как оживит свою дочь.

    — Тебя это не касается.

    — Ах ты, — прошипел Михаил, направив на Бора оружие, контур которого прорисовывался через ткань пальто.

    — Лучше тебе убрать пистолет.

   Бор попятился назад, не забывая следить за движениями Михаила, а потом скрылся в переулке. Михаил его не преследовал.

   Все, о чем сейчас мог думать Бор, сводилось к простой фразе «Сестра жива!». Сестра жива! Он бежал по вечерней улице и вдыхал морозный воздух. Хорошо, что она жива, плохо, что теперь у него появилось уязвимое место. Их мать и отец погибли десять лет назад, так что он воспитывал сестру сам. Превратился для нее из брата в отца. Интерфейс 6.6.6 не переставал удивлять, он мог не только уничтожать города ядовитым туманом и морскими волнами, но и оживлять давно умерших людей. К чему все эти старания? Возможно, миллионы жителей Москвы, которые могут погибнуть через неделю, после смерти окажутся в лучшем месте, чем задымленный смогом и запруженный пробками город.

   Почему Бор вообще любил сестру и любил Москву? Привычка. Их он видел тридцать лет подряд. Кто из них важнее, сестра или Москва? Он хотел быть циничным и отказаться от сестры, но не мог. Его тело горело от напряжения. Чертов депутат! Бор не знал, как быть. Миллионы абстрактных жителей Москвы вдруг стали серым фоном на портрете сестры, которую он воспитывал 10 лет. Покупал ей тетради в школу. Почему ему надо больше всех, почему он должен спасать эту чертову Москву? А если он придет на встречу, которую назначил депутат, то сестра останется жива, но на Москву обрушится метеорит или хлынет ядовитый дождь. Вполне возможно, что Кремль будет разрушен.

   Складывалось непростое уравнение. Бор был математиком и прекрасно знал, что не всякое уравнение имеет решение, а чтобы решение появилось, необходимо ввести новые переменные. Такой переменной мог стать Михаил.

    — Надо поговорить, — сказал Бор по телефону, — ты же знаешь, где укрывается депутат?

    — Как я говорил, жучок заменяет отделение полиции, — ответил Михаил.

    — Давай увидимся и обсудим детали.

   Они опять встретились на вокзале, среди людской толпы. Михаил был все в том же сером пальто, а его борода чуть уменьшилась. «Успел подбриться!» — подумал Бор, сказав:

    — Они держат мою сестру в заложниках.

   Михаил закашлялся, выдыхая горячий воздух, расходившийся клубами по морозу.

    — Сначала скажи, что ты там говорил про воскрешение.

    — Сестра умерла почти год назад, — добавил Бор. — А теперь она опять жива.

   Михаил резко вскочил со скамьи, о чем-то задумавшись.

    — Депутат прячется за городом, — сказал он наконец. — Поехали быстрее!

   Прежде чем отправиться к депутату, они прихватили с собой всю необходимую экипировку. Бор взял несколько гранат, купленных на черном рынке про запас, а Михаил раздобыл где-то СВД — снайперскую винтовку Драгунова.

    — Депутат скрывается не один, а вместе с другим игроком, — говорил Михаил, направляя машину по проселочной дороге. — Они укрываются на загородной даче. На крыше несколько снайперов. Мы уберем их полынью. Потом я сниму охранников на земле. Ты пойдешь в дом первым, я буду тебя прикрывать. Будет тяжело. Там два игрока с бонусами. Жди саранчи или огня. Нужно убрать их раньше, чем они успеют применить Интерфейс.

    — Там моя сестра, — ответил Бор. — Не забывай.

   

   

***



   Михаил произнес заклинание, указанное в Интерфейсе 6.6.6, и над крышей дома, где укрывались снайперы, появилось зеленое облако. Это была ядовитая полынь. Один из снайперов, хватаясь за горло, прыгнул с крыши, а другой умер, сжимая свою винтовку. Бор обошел дачу и перелез через кирпичный забор. Послышались хлопки и крики. Это Михаил методично отстреливал охранников депутата, дежуривших во дворе.

   Бор уже крался рядом с домом, заглядывая в окна. Пистолет Макарова легко лежал в его руке. Окна были прикрыты шторами. Подойдя к двери, Бор увидел рядом двух мертвых охранников и лужицы крови. Чтобы не рисковать, он приоткрыл дверь и кинул внутрь гранату. Раздался взрыв. Бор надел маску и вбежал внутрь дома. Рядом с дверью валялся мертвый мужчина с оторванной рукой, все еще сжимавшей пистолет. Бор прошел во внутреннюю комнату с камином, но никого не нашел. Тогда он стал подниматься по лестнице, всматриваясь в сумрак верхних пролетов.

   Раздался выстрел, прошедший рядом с головой Бора, и тут же на него из темноты бросился высокий парень. Они покатились вниз, пересчитывая ступени. Что-то хрустнуло в плече Бора. Левая рука засаднила от боли. Парню пришлось не лучше. Он откатился в сторону и с трудом поднялся на ноги. Бор не стал ждать. Он пришел в себя и прыгнул на парня, вцепившись в его лицо руками. Бор не вышел ростом, поэтому парень легко освободился и отбросил Бора назад.

    — Если ты сейчас уйдешь, останешься жив, — сказал Бор, снимая маску и глядя в глаза противника, но тот продолжил готовиться к схватке.

   В руке Бора показался нож, он страшно закричал и кинулся на парня. Ошалев от ярости, Бор словно не заметил вытянутых рук противника, встречавших его, и несколько раз рубанул его в корпус. Из ран на теле парня потекла кровь, куртка и руки Бора покрылись бурыми подтеками, а на лице появилась улыбка.

    — Развлекаешься? — спросил оказавшийся рядом Михаил.

   Не отвечая на вопросы напарника, Бор отбросил труп охранника и стал подниматься вверх по лестнице. На втором этаже располагался коридор с четырьмя дверями. Искать, за какой из них спрятались игроки, не пришлось, потому что депутат сам звучным баритоном позвал из-за дальней двери:

    — Я здесь, идите сюда, гости дорогие!

   Михаил поглядел на Бора, спросив шепотом:

    — Пойдем?

   Бор не ответил, а просто двинулся на звук низкого голоса.

   В комнате их встречали двое мужчин. Один из них, дородный и высокий, сжимал молодую миниатюрную девушку, приставив к ее горлу нож. Депутат и опер. Оба игроки.

    — А вот и Вашингтон пришел, — сказал депутат, крепче прижав к себе девушку.

   Бор узнал свою сестру и направил на депутата пистолет. Михаил взял под прицел более молодого и щуплого опера. Опер стоял на месте. Лицо его ничего не выражало, ни страха, ни угрозы. Можно было подумать, ему все равно, что станется дальше. Он непринужденно поглядел на вошедших вооруженных людей и обратился к депутату:

    — Видите, Александр Леонидович, они явились сами и избавили вас от нужды платить ЧОПу премиальные. Я просил вас просто назначить встречу в людном месте, а вы упирались. И зачем?

   Депутат ничего не ответил, выражение его лица подсказывало, что он боится.

    — Скажи ему, Костя, — обратился к оперу депутат.

   Костя улыбнулся и повернулся к Бору:

    — Это ты разыскиваешь игрока, выбравшего Москву?

    — Я, — ответил Бор, продолжая держать депутата на мушке.

   Сестра Бора не двигалась, ее губы были залеплены скотчем, а глаза расширились от ужаса.

    — Можешь не искать, мы его нашли, — продолжил опер, все так же улыбаясь. — Нашли того, кто выбрал Москву. И знаешь, что мы с ним сделали?

    — Что?

    — Мы его убили.

   После слов опера Бор сказал:

    — Если так, отпустите сестру, и мы поговорим.

    — Э нет, товарищ, — ответил Костя. — Твоя сестра очень важна. Знаешь почему?

   Михаил, все это время державший опера на мушке, сказал ему:

    — Костян — тебя же так звать? — хватит злословить. Говори прямо, чего ты хочешь.

    — Прямо? — переспросил Костя. — Короче, если ты поглядишь в Интерфейс, убедишься, что теперь рядом с Москвой стоит имя Маша. Как ты думаешь, почему?

    — Он не брешет, — произнес Михаил, взглянув на экран своего Интерфейса 6.6.6.

   Машей звали сестру Бора. Не может же быть, чтобы...? Бор напрягся и поглядел на расширенные глаза сестры и пот на ее лбу, спросив:

    — Вы передали моей сестре Москву?

    — Передали, можешь не сомневаться, — ответил Костя. — Теперь она игрок. Не удивляйся, есть и такой бонус.

   Депутат впервые пришел в себя, подтянулся и заговорил:

    — Теперь тебе следует разобраться с сестрой и не трогать остальных. Разбирайся, но к нам больше не лезь. Ты нам неинтересен.

   Костя приосанился и немного сдвинулся с места, осторожно наблюдая за пистолетом Бора.

    — Давай останемся друзьями, — сказал Костя. — Иначе мы с Александром Леонидовичем вызовем ядовитую саранчу. Прямо сюда. Как ты понимаешь, мы все погибнем. Мгновенно и без музыки.

    — Отдайте мою сестру, и мы уйдем, — сказал Бор.

   Михаил с недовольством обернулся к нему:

    — Мы не можем уйти, пусть прежде расскажут, как они ее оживили!

   Он направил на депутата и девушку пистолет, приказав:

    — Говори все, что знаешь, или я тебя сейчас прикончу!

   Не выпуская сестру, депутат попятился к стене. Обстановка накалилась. Бор не мог рисковать сестрой из-за идиотских действий своего случайного партнера. Он кинулся к Михаилу и ударил его по голове пистолетом. Бородатый мужчина дернулся и упал.

    — Отдайте мою сестру, — снова приказал Бор, — и мы уйдем.

   Поглядев мгновение на Бора, депутат выпустил девушку, и она двинулась к брату, с трудом переставляя ноги. Бор обнял ее одной рукой, а другой продолжил держать на прицеле депутата и опера.

    — Мы уходим, не мешайте нам.

   Бор с сестрой благополучно вышли из дома и добрались до машины Михаила. Прежде чем двинуться с места, Бор заботливо отлепил пластырь с губ Маши, и сестра от волнения заплакала.

   

   

***



   До гибели Москвы и Вашингтона оставалось всего несколько часов, а Бор все никак не решался прервать жизнь своей сестры. Она ничего не знала про Интерфейс 6.6.6 и спокойно рисовала в своей комнате. Что же делать?! Бор не находил себе места, поглядывая на часы. Он отмеривал шагами коридор, из кухни в прихожую и обратно, собираясь с мыслями. Если сестра умрет, Москва будет спасена. Должен ли Бор, как Авраам, принести в жертву свою сестру, ставшую после смерти родителей его ребенком?

   В комнате Маши горел свет, стояли картины, источая вокруг себя горьковатый запах масла. Сестра сидела спиной к дверному проему и старательно вырисовывала что-то на холсте, покоящемся на ее любимом трехногом мольберте. Бор любил наблюдать, как она рисует. Он уже забыл, когда видел ее такой последний раз. Неожиданное воскрешение Маши заставило сделать Бора жестокий выбор, но он все равно был благодарен Богу за возвращение сестры. Он подошел к ней поближе и закрыл ей глаза, спросив:

    — Угадай, кто это?

    — Это страшный монстр, который пришел меня убить, — засмеялась сестра.

   Бор нахмурился и убрал свои руки от лица Маши.

    — Что ты рисуешь?

    — Не знаю точно, — смущенно ответила сестра и повернулась к брату. — Последнее время мне снятся странные сны. Я вижу город, покрытый облаком насекомых. Не знаю, что это за существа. Они похожи на кузнечиков с большими хвостами.

    — Кузнечиков? — переспросил Бор, вспомнив о ядовитой саранче.

   Маша начала видеть сны о будущем.

    — А что это за город, это Москва? — добавил Бор.

    — Не знаю, на Москву не похоже. Очень много небоскребов. Может быть, это Москва-Сити?

   Бор долго разглядывал рисунок сестры, а потом спросил у нее:

    — Маша, если бы на кону стояли жизни миллионов людей, ты согласилась бы погибнуть, чтобы их спасти?

   Сестра не ожидала такого вопроса, и повернулась к брату.

    — Ты это о чем?

    — Просто ответь.

    — Конечно же, — возмутилась Маша, — миллион человек важнее одного.

    — А я так не считаю, — заметил Бор. — Часто бывает так, что один человек важнее миллиарда.

   Маша удивленно поглядела на брата, и Бор обнял ее крепко.

    — Что с тобой? — удивилась сестра.

   Неожиданно сзади раздался голос:

    — Опять у тебя не хватает духу решить проблему?

   Это был Михаил. Он стоял в дверном проеме и направлял на Бора пистолет.

    — Как ты попал сюда? — спросил Бор, укрывая своим телом сестру. — Я же в режиме невидимости.

    — Ты уже забыл? Для моих жучков твоя невидимость ничего не стоит.

   Михаил прошелся по комнате, разглядывая картины Маши.

    — Недурно для любителя, но не хватает уверенности. Цвета бледные, линии неровные.

   Он остановился, дирижируя стволом пистолета перед лицом Бора.

    — Ты ничего без меня не можешь, слабак! Решил оставить сестру в живых, обрекая Москву на апокалипсис?

    — Это не твое дело! — закричал Бор и бросился на Михаила.

   Однако Михаил увернулся и успел выстрелить, прежде чем Бор приблизился к нему. Светлая ткань джинсов Бора окрасилась в темный цвет, словно прохудившаяся труба.

    — А теперь разберемся с сестрой.

    — Не трогай ее, тварь! — закричал Бор, превозмогая боль в простреленной ноге.

   Ничего не ответив, Михаил направил пистолет на сжавшуюся в комок девушку и выстрелил. Маша даже не вскрикнула, а просто скатилась на диван, стоявший позади нее. Интерфейс 6.6.6 сообщил, что Москва исчезла из целей божественного гнева. Город спасен — а Маша умерла. Снова.

   Михаил не стал ждать, как отреагирует Бор, и вышел из комнаты. Бор передвигался ползком и добрался до тела сестры. Он не мог сдерживать слезы и гнев. Прикрыв ее глаза, он двинулся за своим пистолетом, волоча простреленную ногу. Михаила нигде не было.

   Неожиданно Бор понял, что держит пистолет в руке. Странно, если пистолет все это время был в моей руке, то почему я не тронул Михаила? Бор дополз до спальной комнаты, где мог прятаться убийца Маши. Михаил ждал его там с включенным телевизором.

    — Добрался? — спросил Михаил. — Зачем же ты прострелил себе ногу, глупец?

   Бор несколько раз выстрелил в Михаила, но ничего не случилось. Пули прошли сквозь тело и ударили по белесым обоям.

    — Куда ты палишь? — засмеялся Михаил, поднимая с журнального столика телевизионный пульт. — Давай лучше смотреть новости из Вашингтона.

    — Почему я не могу тебя убить? — истерично закричал Бор, ползком добираясь до дивана, рядом с которым стоял его враг.

    — Идиот, ты еще не понял? — ответил Михаил, все так же улыбаясь через густую бороду. — Я — твой ангел смерти! Я делаю за тебя всю грязную работу. Убиваю детей, стариков и сестер. Но это уже не важно, смотри!

   Заиграла музыка, предвещающая начало новостей по первому каналу.

   «Здравствуйте, с вами новости первого канала и ее ведущая Фарида Султангалеева. Прямо сейчас мы получаем пугающие кадры из Вашингтона, который оказался атакован неизвестными насекомыми...» Фарида пропала, и на экране появилось облако. Снимали на любительскую камеру. Картинка дрожала и срывалась то в небо, то в землю. Облако раздувалось, сдвигаясь от снимающего к центру Вашингтона, прямо на скопление небоскребов, и светящиеся вершины гигантских зданий постепенно утопали в густой черной массе. Неожиданно за экраном раздался крик. «Черт, оно меня укусило...!» Картинка опять сорвалась вниз, камера упала и перестала дергаться, сфокусировавшись на пятачке голой земли. На переднем плане показалось нечто удивительное: небольшое существо, похожее не огромного кузнечика или саранчу. Туловище существа плавно переходило в огромный хвост скорпиона. Саранча долго и важно ходила перед объективом, словно решив покрасоваться перед миллионами зрителей первого канала, дергала своими усами и конечностями, вертела скорпионьим хвостом. А потом приблизилась вплотную к экрану, стремительно расправила крылья и улетела в неизвестность. «Агентство ИТАР-ТАСС со ссылкой на источники в правительстве США сообщает, что счет пострадавших от нападения неизвестных насекомых пошел на сотни тысяч. Правительство США принимает чрезвычайные меры для борьбы с бедствием. В зону происшествия стягивается национальная гвардия и рейнджеры...»

   Бор выключил телевизор и устало повалился на диван. Из простреленной ноги все еще сочилась кровь. Долго он не протянет, но теперь уже все хорошо. Михаил — кем бы он ни был, ангелом или видением! — сделал выбор за Бора. Теперь можно и отдохнуть.

   А что может быть лучше для отдыха, чем старая добрая смерть?

Игорь Усимов © 2014


Обсудить на форуме


2004 — 2021 © Творческая Мастерская
Разработчик: Leng studio
Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе об авторском праве и смежных правах. Любое использование материалов сайта, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.