ПРОЕКТЫ     КМТ  

КМТ

Катаклизм

Елена Жидкова © 2013

Хан

   

   

    Сок вареного мяса стекал по рукам, пропадая в рукавах халата. Хан медленно дожевал конину, отбросил далеко от себя кость и вытер руки о расшитый серебром халат. С сожалением посмотрел на последний кусок сочной мякоти. Придется отдать собакам. Сегодня нельзя наедаться. Мясо делает тело неповоротливым в бою.

    Она так и сказала, сегодня. Когда два солнца сойдутся над горизонтом. Хан мельком глянул в оранжевое небо. Далеко еще.

    — Когда выступаем, хан? — перед повелителем низко склонил голову человек в тюрбане.

    — Еще рано. Обожди, Мир Сейид.

    Хан прикрыл глаза, вспоминая. Сама судьба пожаловала к нему в образе его любимой Ульджай. Сказала, что он должен вернуться туда, откуда пришел. Зачем? Здесь он хан и его почитают как хана, а там он был лишь эмиром. Но она так решила. Любимая Ульджай, она всегда была права.

    — Ты вернешься с третьей звездой! Не спрашивай, почему ты. Здесь решаю я. Первая звезда опалила Землю, она сожгла почти все живое. Вторая звезда остудила ее, и те, что остались живы, уснули. Они беззащитны, как дети. Ты завоюешь их и будешь править миром, как и мечтал.

    — Я не нападаю на спящих.

    — Тебе не придется сражаться. Когда ты придешь, они уже проснутся. Но эти люди пробыли в забытьи почти целый век, и ничего не помнят о своей прошлой жизни.

    И все же не стоит наедаться. Хан бросил мясо псам и, прихрамывая, побрел к шатру.

    — ------

    Темное небо хранило привычное молчание, когда высоко, там, где когда-то висели звезды, появился свет. Пронизывая плотные облака, неумолимо приближался, разгоняя мрак. Еще мгновение, и он залил собой всю поверхность Земли. Огромная звезда, зависнув на мгновение, вдруг взорвалась и рассыпалась на тысячи соколков. Объятые огнем камни устремились вниз. Они падали на землю, поджигая сухую, мертвую траву.

    Ева пошевелилась, резкая боль пронизала тело от головы до пяток. Который сейчас час? Полдень? Так светло может быть только в обед. Хотела посмотреть на часы, но руки не слушались. Затекли. Наверное, как легла вчера, так ни разу и не перевернулась за ночь. Какой сегодня день? Ева попыталась вспомнить. Безрезультатно. Память представлялась огромной черной дырой. Наконец, удалось дотянуться непослушной рукой до будильника. Сколько на нем пыли!

    Грохот потряс дом, зазвенели стекла. Сердце подпрыгнуло и застряло где-то в горле. Ева вскочила на ноги, но тут же упала на пол. Ноги были словно из ваты. В разбитое окно потянуло горелым. Только пожара сейчас и не хватало!

    — Тимур, отойди от окна! — Ева с трудом поднялась на ноги. Брат уже проснулся и, прилипнув лицом к уцелевшему стеклу, смотрел на улицу.

    — Что случилось, куда они бегут? — мальчик по-прежнему смотрел в окно, — Как там все странно.

    Ева приблизилась, оперлась руками о подоконник. По дымящейся земле бежали и падали люди. Двигаясь хаотично, они были похожи на больших, сломанных кукол. Они натыкались друг на друга, падали, вставали, и снова куда-то бежали. Вокруг все заволокло дымом. Поднявшийся ветер разносил пыль и песок.

    — Пойдем, надо узнать, что случилось, — Тимур тащил сестру за рукав, — Может, война и надо бежать.

    Разгулявшийся ветер срывал крыши с ветхих строений, больно бил песком по ногам. Но внутри находиться нельзя. Вот уже огонь перекинулся с сарая на крышу дома Евы. Затрещал черепицей, облизал наличники, подкрался к окну.

    — Смотри! — Тимур показал рукой перед собой.

    На горизонте, там, где заканчивались дома и начиналась пустошь, показалось облако пыли. Оно росло угрожающе быстро, с каждой секундой увеличиваясь в размерах. Еве послышалось лошадиное ржание, но из-за пыли невозможно было разглядеть что-либо. Люди тоже заметили странное облако и остановились.

    Девушка пристально всмотрелась в несущуюся на них лавину пыли. Задрожала под ногами земля, сотрясаемая тысячами лошадиных копыт. Теперь уже хорошо различимы всадники. Блестящие на солнце щиты и копья слепят глаза. Полощутся на длинных древках знамена.

    — Кто это, Ева? — Тимур в страхе прильнул к сестре, — Эти всадники.

    — Я не знаю, Тимурчик, не знаю, — Ева прижала к груди белобрысую голову брата, поцеловала в макушку, — Сейчас все узнаем, я надеюсь.

    — ---------------

    Хан поднял руку и войско остановилась.

    — И это наши потомки, Мир Сейид? Только взгляни на них, на это жалкое подобие людей! Где их мужчины? Только не говори, что тот, кто носит штаны, может называться мужчиной.

    — Они проспали волшебным сном целый век, повелитель!

    — Значит, они должны были хорошо отдохнуть за это время! — Хан неожиданно приосанился, расправил рыжие усы и усмехнулся, — А может и хорошо, что здесь больше женщин.

    Мир Сейид проследил взгляд хана и закатил глаза. Да, прямо перед повелителем стояла прехорошенькая, но уж больно худая девушка. Длинные черные волосы трепал ветер, испуганный взгляд миндалевидных глаз блуждал по лицам воинов. Девушка прижимала к себе мальчика лет десяти. Ну, мальчик не помеха.

    — Как тебя зовут, красавица? — хан приблизился вплотную к девушке.

    — Ева.

    — А это кто, твой мужчина, Ева? — Мир Сейид решил вставить слово.

    — Я — брат, — мальчишка неожиданно расправил плечи и слегка оттеснил сестру, прикрыв собой.

    — О, да ты воин! — рассмеялся хан, — Как звать тебя, воин?

    — Тимур!

    Брови повелителя поползли вверх.

    — Вот как! И кто же дал тебе такое имя?! Это непростое имя, и ты должен доказать, что вправе носить его.

    — Не беспокойся, будет надо — я докажу.

    — Хорошо. А сейчас великий хан приглашает твою сестру в свой шатер, — Мир Сейид кивнул головой, к Еве подскочил крупный воин на кривоногой кобыле, подхватил девушку, словно перышко, перекинул через седло.

    — Тимууур! — голос потерялся в топоте конских копыт. С гиканьем войско сорвалось с места, и поднимаю тучу пыли, скрылось за поворотом.

    Когда пыль осела, мальчик огляделся. Он стоял один посреди поля, люди предпочли убежать и спрятаться, чтобы не стать жертвой новоявленного повелителя. Слезы предательски хлынули из глаз. Нет, он мужчина, мужчины не плачут. Вытерев слезы рукавом, Тимур устремился туда, где еще виднелась над горизонтом поднятая конскими копытами пыль.

    — ----------------------

    Тихо в стане хана, только постовые жгут костры. Тихо переговариваются, поют заунывно. Тимур безошибочно определил ханский шатер. Самый высокий и красивый. Но рядом охрана разложила костер. Сидит толстый воин. Перебирает струны неизвестного инструмента. Мерзкая музыка. Тимур поморщился как от зубной боли. Проникнуть бы в шатер и найти сестру. Здесь, недалеко, где плещется море, видел Тимур парусник. Совсем небольшая лодчонка, и без хозяев. Но как отвлечь охрану? Рядом лошадь охранника, заметила мальчишку, всхрапнула неспокойно. Тимур достал нож, перерезал подпругу.

    Затем мальчик наклонился, поднял с земли камень и бросил в ближайшие кусты. Воин оставил инструмент, вынул стрелу из колчана, сделал пару шагов по направлению к зарослям. Тимур змейкой прополз под пологом шатра. Бледно горит свет в лампадке, хана нет.

    — Ева, — тихо позвал Тимур, — ты здесь?

    — Да, — девушка обняла брата, прикрыла рот рукой, — Тише, молчи.

    — Бежим отсюда, я отвлеку охранника, пока хан не вернулся. Послушай. Там, за поворотом, где море, на приколе парусник. Нам надо только добраться до него. Давай, я первый — ты за мной.

    Не дожидаясь согласия сестры, Тимур выскочил из шатра и сломя голову помчался к морю. Толстяк вскочил на лошадь, с диким воплем ринулся в погоню, но тут же свалился под дружный хохот воинов. Ева выскользнула из шатра. Пока воины потешаются над неудачливым охранником, у нее есть время. Она понеслась во весь дух к спасительному паруснику.

    Выбившись из сил, Ева остановилась. Она присела на камень, как вдруг почувствовала, как земля загудела. Погоня! Девушка вскочила и рванула что было мочи. Вот и море, и парусник, и Тимур машет ей рукой. Но топот все ближе. Девушка вскочила в лодку, когда хан с воинами выскочили на берег. Тимур перерезал веревку, и лодка медленно стала удаляться от берега. Напрасно воины пытались заставить коней зайти в воду, те только фыркали и топтали копытами мокрый песок. Воины достали стрелы из колчанов, но хан махнул рукой, и ни одна стрела не была пущена в цель. Лодка удалялась от берега все дальше и дальше.

    Хан смотрел вслед уплывающему паруснику и недобро усмехался. Плыви, плыви, далеко не уплывешь. Здесь все его, и рано или поздно, он настигнет беглянку. Он не оставит ее в покое, ведь она так похожа на Ульджай! И ее брата он не забудет. И пусть он еще недостаточно взрослый, он недаром носит штаны. Когда Тимур подрастет, наберется опыта, придет время им помериться силами. Вот тогда хан посмотрит, достоин ли мальчишка иметь такое имя.

    Хан махнул рукой, повелевая воинам возвращаться. Он еще стоял какое-то время на берегу, глядя, как удаляется от него парусник, как садится в воду красное закатное солнце. Последний его луч скользнул по воде, отразившись в раскосых глазах Тамерлана. Хан повернул коня и направился вслед удаляющемуся войску.

   

Елена Жидкова © 2013


Обсудить на форуме


2004 — 2021 © Творческая Мастерская
Разработчик: Leng studio
Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе об авторском праве и смежных правах. Любое использование материалов сайта, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.