ПРОЕКТЫ     КМТ  

КМТ

Катаклизм

Леонид Добкач © 2013

Это наша работа.

   — Служба доверия слушает. Назовитесь, пожалуйста.

   Девушка произносила эту фразу, как робот: бесцветным тоном, прикрывающий любые эмоции. На том конце трубке мог находиться псих, болтун, маньяк... Да кто угодно! Провоцировать сложного — а другие в Службу доверия и не звонят — собеседника не стоило.

   — М-меня зовут Вениамин, — отозвалось из динамиков. Уже давно отменили общение по телефону, и жаждущие помощи люди переадресовывались бездушной системой в Скайп. Ну а дальше всё по традициям: выслушивание проблем, обещания или угрозы покончить жизнь самоубийством, долгие уговоры не делать этого. Никто не скажет вам сразу исход разговора. Обычно удаётся уговорить беднягу от необдуманного поступка, но иногда случаются и жестокие просчёты ценою в жизнь. Впрочем, сейчас на том конце... Провода? Да какие провода в две тысячи шестнадцатом?! Парень звонил наверняка с мобильного, приём осуществляется через ноутбук, посредник — спутник. В общем, собеседник был явно неуверен в себе, значит, даже если и собирается порезать себе вены или повеситься, уговорить его не делать этого не составит труда.

   — Здравствуйте, Вениамин, — сквозь «робота» просочились нотки теплоты. — Меня зовут Марина. Что у вас стряслось?

   — Понимаете, я патологический неудачник. Мне двадцать девять лет, у меня есть жена и работа, но всё это не делает меня счастливым. На работе меня гнобят, едва ли не смешивая с грузчиками-уборщиками, ругают, грозятся уволить. А я пашу как лошадь! Веня, сделай это, Веня, сделай то! И вроде должность звучит серьёзно: заместитель начальника отдела документации. А на деле — пшик! Курьер, фактически. Зачем только мозги кипятил в университете, ума не приложу... Жена тоже хороша. Приношу зарплату, а она, как в анекдоте про еврея, всё время говорит: «Опять не хватает!» И вроде не бегает по бутикам, по магазинам бродит раз-два в неделю, не больше. Продукты, иногда одежда. Детей у нас нет, и на том спасибо. Боюсь, свихнулся бы... Однако деньги — прямо-таки яблоко раздора! По этому поводу она готова скандалить в любое время дня и ночи. И ведь никогда не забывает о нашем, как ей кажется, бедственном положении. Скажу, например, что меня машина едва не сбила. Она тут же: «Будь у тебя самого деньги на машину, сейчас кто-нибудь другой жаловался своей суженой на то, что он практически под колёса не угодил! Но нет — денег ты приносишь кот наплакал, а потом жалуешься! Как так можно! Смени работу, купи себе новую машину!..» Понимаете?

   Марина как будто очнулась. Стандартный монолог «патологического неудачника», как сам себя охарактеризовал Вениамин, ничего нового. Однако за те несколько месяцев, которые девушка проработала в Службе доверия, сразу же после выпуска из института, она так и не смогла привыкнуть к мысли, что люди до противного жалки. Проблемы их настолько надуманные, что абстрагируйся от них — и жизнь наладится сама. Но клиенты не знали или не умели глядеть на свои злоключения со стороны, поэтому приходилось их подталкивать к этому.

   — Да, понимаю. На себе не ощущала, но вы довольно подробно расписали то, что вас беспокоит. Вы хотите что-то изменить в себе?

   — Н-не совсем, — замялся собеседник. — Мне эта жизнь уже настолько осточертела, что я уже стою на краю моста и собираюсь прыгнуть.

   «А вот и второй этап пошёл», — с удовлетворением подумала Марина, а вслух произнесла:

   — Зачем такому молодому человеку — и прыгать?

   — Вы, наверное, меня всё же не поняли, — как будто с укоризной заметил Вениамин. — Мне жить надоело! Вам-то там, в Службе доверия, небось, вообще всё равно, что какая-то офисная крыса сбежит с корабля под названием «Жалкое существование».

   Девушка, как не раз с ней случалось, едва не выкрикнула: «Нет, не всё равно! Пожалуйста, не прыгайте!» Но после стольких лет учёбы на психолога мозг стал работать несколько иначе. И сейчас он вопил, что говорить эту фразу нельзя. Тянуть, конечно, тоже не стоило, и Марина, тщательно подбирая слова, постаралась опровергнуть дерзкое утверждение «начинающего самоубийцы».

   — Знаете, чем отличаются чиновники и олигархи от всех остальных?

   — Что?

   Мужчина явно не ожидал такого вопроса. Неудивительно, что он растерялся.

   — Чем отличаются чиновники и олигархи от всех остальных? — настойчиво повторила девушка.

   — Тем, что не думают о других. Только о своём кошельке заботятся.

   — Тогда уточните, пожалуйста, в Службе доверия все сплошь чиновники и олигархи?

   — Н-нет. Такие же обычные люди, как я. Только капельку счастливее.

   — Сомневаюсь, — выпалила Марина и тут же прикусила язык. Счастливой себя она бы не назвала: работа в Службе доверия, конечно, интересна, но всё же довольно скучна. Но это полбеды: парень вполне мог подумать, что его собеседница имела в виду как раз толстосумство и наплевательство её и её коллег. Следовало как можно быстрее исправить оплошность: — Счастье — это как утопия. Она практически недостижима.

   — Гм, возможно, вы правы. Однако для меня эта утопия гораздо дальше, чем для других. Я брошусь, отвечаю.

   Ситуация медленно уходила из-под контроля, как руки товарища, висящего над пропастью и удерживаемого лишь силой захвата напарника, находящего в более безопасном положении.

   — А если я приеду, вы не броситесь раньше времени?

   — У вас очень приятный голос. Будет неправильно умереть и не узнать, кто пытался меня спасти. Я готов подождать. Ищите меня на Карачаровской эстакаде.

   — Хорошо. Мы выезжаем.

   Девушка закончила разговор, откинулась в кресле, разминая шею и на секунду прикрыла глаза...

   

   

* * *



   

   Марина раскрыла глаза, и брови сами собой поползли вверх. Что за чёрт? Во-первых, что это вокруг неё светится? Во-вторых, почему так дико хочется пить? В-третьих, почему она лежит на полу и что так мешает спине? В-четвёртых, отчего так темно?!

   Первый вопрос разрешился сам собой. Свечение прекратилось, и девушка о нём моментально забыла. С жаждой проблема осталась: все бутылки и кулеры оказались пусты. Хотя...

   Девушка бросилась в подсобку, попутно отметив про себя внезапную пустоту повсюду. Толстый слой пыли недвусмысленно показывал на то, что кое-где его успели нарушить. Было видно много следов: по-видимому, коллеги уже успели уйти. Куда? Домой, что ли?

   Сверху свисали какие-то растения. Откуда в офисе Службы доверия растения на потолке?! Однако факт оставался фактом — лианы (или что там выросло?) спокойно себе висели.

   Кресел в офисе тоже видно не было. Мониторы стояли сплошь выключенные, словно самоубийцы перевелись, а Службу доверия расформировали. Гм, а может, так оно и есть? Марина ненароком уснула, Вениамин не дождался её, упал на проезжую часть и закрыл перечень самоубийц навсегда. Офис закрыли, а... Нет, не сходится: не только девушка, но и все остальные здесь оставались. Почему её не разбудили, почему остальные ушли лишь чуть раньше неё?! И почему здание не отдали какому-нибудь агентству, скажем, по недвижимости?

   Слишком много вопросов! Загадка на загадке прямо. И загадкой погоняет. Кстати, с креслами всё разрешилось. Пока Марина, словно успешная кладоискательница, волокла за собой ёмкость с водой для кулера, она несколько раз пнула детали кресел — ручки, спинку, сиденье, — чтобы пройти к своему привычному месту.

   Там она вскрыла бак, аккуратно наклонила его, раскрыла рот и дождалась живительной влаги. Та, чуть погодя — пришлось отрегулировать наклон, — отправилась спасать страдающую от жажды бедняжку. Вода оказалась на вкус противной, застоявшейся, чуть ли не болотной, но и этому организм обрадовался до одури.

   Наконец напившись, Марина отставила в сторону бак и перешла к четвёртому вопросу. Впрочем, понятно: света нет, компьютеры выключены, жалюзи закрыты. Надо их отодвинуть в сторону. Может, на улице светло?

   Девушка бравым шагом подошла к одному из окон, протянула руку к верёвочке и с криком отскочила: жалюзи облюбовал какой-то пока невидимый паук. Его творение покрывало большинство пластиковых полос. Плюнув на них, Марина попыталась отодвинуть в сторону пару свободных от паутины пластин. Те тут же упали вниз. За пыльным, надтреснутым по краям окном светило солнце. Дом напротив выглядел не лучше офиса Службы доверия. До что уж там — гораздо хуже! Стёкла повылетали, кое-где перекрытия просели. «Что здесь произошло за несколько часов, пока я спала?» — набатом бил вопрос.

   Потом вдруг опять вспомнился Вениамин. А что, если он до сих пор ждёт?! Надо срочно ехать к нему! Девушка пошла прочь от окна, мельком глянула в зеркало и вновь остановилась. В таком виде не то что к клиенту опасно ехать, водитель испугается! Лицо бледное, волосы торчат во все стороны. Марина тут же начала себя отряхивать, приглаживать. Затем вновь стала внимательно смотреть на своё отражение. Специальная форма выглядела блёклой, светлые волосы как будто в тайне от хозяйки перекрасились в противный бледно-серый цвет, под цвет глаз. Работница Службы доверия вновь принялась отряхиваться. В воздухе зависла белёсая пыль. Ну конечно! Она же лежала на полу, в пыли. Спустя несколько минут тщательного вытряхивания всякой грязи девушка вновь обратилась к зеркалу. Теперь оттуда на неё внимательно смотрела вполне красивая особа в знакомой одежде и всклокоченными волосами. В очередной раз пригладив их, Марина покинула помещение.

   Коридор был без всякой растительности, только пыль и, похоже, навсегда закрывшиеся створки лифта. Он был мёртв настолько, насколько может быть мертва металлическая кабина, приводимая в движение за счёт электричества...

   Второй этаж принёс новые сюрпризы. Вся чёрная от сажи, видимая его часть напоминала чернильное пространство космоса. Когда-то здесь бушевал пожар. На третьем уровне должны были задохнуться от удушья, но реальность отрицала подобную логическую цепочку. С вентиляцией, видно, всё в полнейшем порядке: опасный для жизни дым покинул здание раньше, чем заполонил его доверху.

   Наконец оказавшись на уровне земли, Марина с удивлением, которое с момента пробуждения ни разу не оставило её, отметила разбитые стёкла первого этажа и... растущее прямо из пола дерево. Вроде и стройное, но ему было явно больше пяти лет! Когда мысль эта добралась до сознания красавицы, она невольно закричала. Лет десять, а то и все двадцать она пробыла в странной отключке, а судя по окружающему интерьеру, и все люди в отдельно взятом районе. Или во всём городе?

   Стоянка летающих автомобилей — аэромобилей, введённых в эксплуатацию примерно год назад, но пока находящихся лишь у всяких спецслужб, вроде Скорой помощи и Службы доверия, — находилась рядом со зданием офиса. Готовые и летать, и ездить «Газели» рядком стояли у стены дома. Выглядели, правда, несколько непрезентабельно: у многих потрескались стёкла, у абсолютного большинства спустились шины.

   Кто-то шевелился между машинами. Марина вскрикнула от неожиданности, но узнала в копошащемся существе Вадима, штатного водителя Службы доверия.

   — Привет, — мужчина поднял на девушку глаза. Выглядел он, кажется, как обычно: грязная рубашка, плохо скрывающая лишний вес, лицо серое, почти землистого цвета. Лысина на всю голову и большой рост придавали Вадиму вид гиганта из древних мифов.

   — Привет, Вадик. Что ж ты так людей пугаешь?! — Марина постаралась замаскировать недавний испуг под небольшой наезд на мужчину.

   — Извини. Как проснулся, так копаюсь в машинах.

   — Ты тоже... проспал?! — удивление вернулось с новой силой.

   — Походу все уснули. Ты чего пришла?

   — Да клиент очередной позвонил. Прыгать собрался. Надо подъехать к нему, отговорить на месте.

   — Далеко переться? — грубовато поинтересовался Вадик.

   — Несколько километров. Парень на Карачаровской эстакаде.

   — Ты серьёзно думаешь, что он до сих пор не прыгнул?

   — Обещал дождаться!

   — А если он не засыпал?! Он мог и не дождаться! Прыгнул, небось, твой клиент. Или ушёл. Забей. Иди домой.

   — Надо закончить работу! — чуть громче, чем следовало, крикнула девушка.

   — Ладно, ладно! — замахал на разъярённую собеседницу вмиг превратившийся в белого и пушистого сотрудника Вадик. — Только есть пара проблем... «Газели» без топлива.

   — Значит, прилетим. Так даже быстрее, — простодушно пожала плечами Марина.

   — Вот здесь как раз и заключается вторая проблема: фотонные двигатели дали трещину. Если запустим, поднимем на воздух весь город. Это не самая лучшая идея.

   Чтобы аэромобили летали, конструкторы установили на них недавнюю разработку — фотонный двигатель. Гамма-кванты подавались на ускоритель, где они переизлучались, образовывая в два раза большее количество частиц и излучая высокоэнергетическую флуктуацию. Именно она приводила в движение остальные части фотонного двигателя, включая небольшое реактивное сопло, и летающий автомобиль спокойно себе взлетал.

   Своеобразным атавизмом в машинном отделении любого аэромобиля выглядел водородный двигатель. Разумеется, это была экологически чистая альтернатива бензину, успешно протестированная в Исландии. Какой вред может быть от лишнего пара и воды? Правильно, никакой. Так что как ни крути, а у аэромобилей пока имелся лишь один маленький минус: мощность фотонной энергии, которой хватило бы на три ядерные бомбы килотонн по сто. Рисковать не то что здоровьем, жизнью вряд ли кто-нибудь захотел бы.

   — А что с водородным двигателем? — Марина уже догадывалась, что ничего хорошего ответ Вадима не принесёт. Так и оказалось:

   — Водород благополучно испарился. Надо как-то заправиться. Ближайшая аэрозаправка в соседнем квартале, в «Таганском пассаже».

   — Но ведь все они на третьих этажах расположены! А «Газель» не летает...

   — Маша, не тупи! Принесём пару бидончиков. Думаю, ничего не случится.

   Марина хотела было сказать, что она не собирается таскать ёмкости с водородом, но в очередной раз прикусила язык: сама придумала проблему, сама (или отчасти сама) должна её и решить! В общем, она вздохнула и покорно согласилась.

   

   

* * *



   

   Улица как нельзя лучше отражала новую действительность. Офис Службы доверия и здание напротив него оказались цветочками по сравнению с тем, что творилось вокруг! Дома превратились в руины, так красиво изображаемые художниками на обложках постапокалиптических книг. На деле они тоже выглядели мило: солнце придавало краскам сочность, наполняло жизненной энергией разрушенные строения, сплошь и рядом покрытые разросшимся до неприличия мхом. А вот на уровне земли всё выглядело зловеще.

   Асфальт во многих местах пробила трава, а кое-где — и деревья с кустарниками. Буйство растительности лишний раз напомнило, что люди почему-то уснули, и уснули надолго. Зелёный покров не обделил вниманием и автомобили. Частный транспорт по-прежнему был из «рождённых ползать». Пробки лишь слегка уменьшились благодаря тому, что более крупные средства передвижения освоили небо, а металлические «муравьи» остались бороться за место на дороге. И погибли в борьбе с травой...

   Ржавые остовы на спущенных шинах, разбитые вдребезги стёкла — обычные машины лишь дополняли картину случившегося конца света. Когда и как он успел настать, Марина не знала. Судя по реакцию Вадима, тот тоже не догадывался. Он всё время хмурился, рассматривая с дотошным интересом здания, готовые в любой момент рассыпаться, и автомобили, лишившиеся знакомого вида. Однажды он ради интереса заглянул в одну и тут же отпрянул, истошно матерясь. Девушка приподняла одну бровь и тоже посмотрела в салон одной из машин. Внутри лежал скелет...

   Марина взвизгнула и устремилась стрелой в сторону намеченной цели. Уже более-менее пришедший в себя Вадим закатил глаза и бросился догонять напуганную коллегу. Вскоре они добежали до «Таганского пассажа» и увидели, что аэрозаправки нет! Вернее, она была, но в разбитом состоянии и прямо на асфальте. Осколки чередовались с металлическими опорами, а они, в свою очередь, с оторванными шлангами, по которым подавался водород.

   — Что же нам теперь делать? — расстроенно пролепетала Марина.

   — Спокойно, сестра, водород хранится не на аэрозаправке!

   — Да какая я тебе се... Стоп. Где он хранится?

   — В специальном газохранилище, разумеется!

   От глупого вопроса «А оно где?» девушка воздержалась. Вместо этого коллеги молча отправились внутрь здания.

   Внутри «Таганский пассаж» выглядел так же, как второй этаж офиса Службы доверия. То есть стены были покрыты сажей. Значит, все здесь уснувшие выжить не могли. Если только народ не был полностью укомплектован в огнеупорные костюмы, защищающие и лицо, и руки, и прочие обычно открытые участки кожи. Но это уже из области фантастики. Ирония судьбы: всё вокруг как раз указывало на то, что Марина и Вадим сами попали за грань реальности. Потому что так быть не могло! А оно было...

   Внезапно из-за угла выскочила некая фигура. Представители Службы доверия тут же остановились. До сих пор другие живые им не попадались. Вроде стоило радоваться, да не тут-то было. Человек выглядел странно. На плечах рваный костюм, в руке пистолет. Вот и радуйся после этого людям. Неожиданный гость — хотя кто тут гость, надо ещё подумать, — поднял ствол и резко бросил:

   — Стойте там, где стоите! Это моя территория. Уходите прочь отсюда, пока я вас не пристрелил!

   — Спокойно, дядя! — Вадим сделал шаг вперёд. Пистолет повернулся в его сторону. — Да, и выбрось ствол. Зачем тебе такая странная игрушка?

   — Стой, урод! Сейчас выстрелю! — металл засквозил в голосе мужика.

   — Не сейчас, не потом ты не выстрелишь. За тридцать лет патроны, небось, отсырели!

   Марина посмотрела на Вадика, как на сумасшедшего, взглядом спрашивая: «Ты, что, серьёзно?!» Тот одними губами ответил: «Часы сохранили заряд. Они показывают две тысячи сорок шестой год». Девушка в который раз удивилась. Значит, три десятка лет спали? А что ж не постарели ни на год? Даже когда человек впадает в летаргический сон, у него продолжают расти ногти и волосы! А тут ничегошеньки... Красавица на всякий случай глянула на пальцы: действительно, на пару-тройку метров ногти явно не тянут.

   Пока девушка пыталась мысленно разобраться в ситуации, мужик успел прицелиться и выстрелить. Вернее, выстрелить он попытался, вот только пуля не пожелала покидать уютный ствол родного пистолета. Поняв это, незадачливый убийца внимательно и как будто с грустью глянул на оружие и отбросил его в сторону. Тихо вздохнув, мужик убежал.

   — Странный человек, — хмыкнул Вадик. — Пошли вниз. Думаю, там газохранилище.

   — С чего ты взял?

   — На то я и водитель служебного аэротранспорта, чтобы знать такие вещи! Идём.

   Нужные баллоны нашлись между первым этажом и подвалом. Вадим издал что-то вроде воинственного клича индейцев и, как мальчишка, подбежал к вожделенным сосудам. Схватил один, приподнял, оценил вес и кивнул Марине:

   — Хватай ещё один, и уходим!

   Коллега послушно подхватила другой баллон, и товарищи по несчастью пошли обратно.

   Не прошли люди и половины пути до стоянки, как неожиданно из кустов выпрыгнуло сразу пять псов. Тощие — аж кости выпирают, — облезлые и бесконечно свирепые. В двух из них можно было узнать овчарок, остальные не смахивали на породистых собак. Скорее всего, дворняги. Разношёрстная компания. В прямом смысле.

   Вадим протянул свою ношу Марине, та безмолвно подхватила её, и всё пришло в движение. Сама девушка вместе с баллонами отскочила к стене ближайшего дома («Хоть спину защитит!»), водитель сорвал длинную хлёсткую ветку с деревца, выросшего прямо посреди дороги, и приготовился защищаться. Звери тоже время зря не теряли: зарычали, изготовились к прыжку и пошли в атаку.

   Девушка во все глаза смотрела, как её спутник ловко орудуют импровизированной рапирой. Один удар по перекошенной морде овчарки, и та отскакивает, скуля, как щенок. Ещё удар — и одна из дворняг прыгает на трёх лапах. Остальные зашли со спины, но мужчина как будто затылком почувствовал угрозу сзади, пригнулся, и когти четвероногого врага исполосовали воздух, не причинив вреда жертве. Вадим же не стал проявлять сострадание к новоявленному Акеле и нанёс резкий удар по передним лапам атаковавшей его твари. Та обрушилась на землю и больше не поднималась. Лишь отчаянно сучила задними конечностями. Неудивительно: боль наверняка была невыносимой!

   Марина зажмурилась, решив не смотреть на борьбу когда-то дружных видов. Прошло минут пять-десять, и кто-то потеребил девушку за плечо. Она открыла глаза и увидела коллегу, целого и на первый взгляд невредимый. Более внимательное рассматривание друга показало обратное:

   — Ты ранен!

   — Где? — Вадик театрально оглядел себя и, заметив кровоточащий бок, махнул рукой: — Так, царапина. Пошли.

   Мужчина подхватил свой баллон и, немного хромая, отправился к офису. Сотруднице ничего не оставалось делать, кроме как плестись за ним.

   

   

* * *



   

   — Готово! — радостно возвестил Вадим.

   «Газель» действительно вновь была на ходу. Искусственный интеллект, как и остальную электронику, спастись преимущественно не удалось. Работали лишь самые необходимые функции. В общем, машину и планировалось в ближайшее время использовать исключительно в качестве средства передвижения, но иногда приятно пассажиру во время поездки полазить в Интернете или послушать радио. Ничего подобного переживший тотальный сон аэромобиль позволить не мог.

   Уже сдружившиеся люди забрались в салон. Водитель — на место водителя, девушка — на место рядом с ним. Можно было ехать спасать потенциального самоубийцу из прошлой жизни.

   Знакомые улочки вывели к Таганской улице, которая переходила в Нижегородку, а затем в Рязанку. Где-то там впереди, в нескольких километрах отсюда, на Карачаровской эстакаде должен был находиться Вениамин — последний клиент Службы доверия.

   Аэромобиль — хотя лишившись возможности летать, его можно было спокойно называть по старинке, автомобилем — двигался по заросшей травой дороге, пробитой кое-где молодыми деревьями. Природную идиллию портили разбросанные то тут, то там проржавевшие легковушки, в большинстве из которых наверняка находились скелеты почивших хозяев.

   Марина смотрела вокруг и с вновь подступившим удивлением осознавала, что не воспринимает находящуюся вокруг смерть как что-то ужасное. Повсюду аварии, руины, растения, отхватившие у города свою территорию. А была ли смерть? Скелеты в машинах и сгоревшие здания уверенно говорили «да», но недавняя стычка с собаками и фоновый шум поющих птиц, разросшаяся растительность и непривычно-уютная тишина мегаполиса утверждали обратное. Мир на время забыл о подчинивших его существах и дал право на жизнь другим, старым знакомым. Зверям. Птицам. Рыбам и насекомым. Одним словом, всем. Кроме людей.

   — Так странно, — протянула Марина.

   — Что странно?

   — Всё вокруг выглядит так, будто весь город уснул. Или даже вся страна.

   — Не знаю насчёт всей страны, но то, что Москва отключилась тридцать лет назад, не вызывает сомнения. Возможно, ещё и область. Иначе не объяснишь, почему за это время никто не навёл порядок. Просто бросили город дичать.

   — Фантастика какая-то...

   — Не знаю. Мне фантастикой кажется твоё стремление помочь человеку, который мог умереть даже не по собственной воле.

   — Ой, только не начинай!

   — Сама подумай: он был на Карачаровской эстакаде — сегменту одной из главных московских автомагистралей! Посмотри вокруг. Машины врезались друг в друга, встали каждая абсолютно по-своему, некоторые вообще на обочину вылетели! Кто знает, вдруг этот твой клиент попал под машину, когда уснул?

   — Я знаю только одно, — ледяным тоном вдруг отозвалась девушка. — Я обещала Вениамину приехать к нему. Убедить не кончать жизнь самоубийством. Я выполню обещание!

   — Твоей ответственности можно только позавидовать, — уважительно ответил Вадик, на секунду оторвав пальцы от руля, как бы разводя руками. Марина промолчала.

   

   

* * *



   

   За час до отправления представителей Службы доверия Вениамин проснулся на краю эстакады. Ощущение было странным. Как будто всё тело выжали, словно лимон. Безумно хотелось пить. Переборов общую слабость, мужчина поднялся и огляделся.

   Первое, на что он обратил внимание, это частично сбитый бордюр всего в метре от места пробуждения бывшего самоубийцы. Подойдя к краю, Веня заметил внизу... Пробку? Не похоже. Машины стояли так, будто... Чёрт! Они напоминали заброшенный автопарк! Почему никто не расчистил улицу? Может, тут рядом метро решили прокопать, и движение перекрыли? Это не объясняло наличие ржавых легковушек под мостом.

   Приглядевшись, проснувшийся понял, что на машинах лежит... ещё одна. Перевёрнутая и такая же рыжая от коррозии металла. А ведь автомобили должны были сохраниться благодаря пластику. Видать, не все производители ушли от металла. Далеко не все!

   Не важно. Машина явно вылетела отсюда. Это сводило на нет одну из загадок, веером раскрывшимися перед взором «патологического неудачника». Вениамин понял, что теперь он ни за что не прыгнет вниз. Одно дело, когда внизу ездят машины, даже возможен шанс выжить, если, как в кино, под тобой будет проезжать мусоровоз с мягким содержимым. Другое же дело, когда под тобой устроенная неизвестно кем пробка, а вокруг ни одной живой души.

   Кстати! А где все? Вениамин запоздало пригляделся к дороге, на которой он непосредственно находился. Здесь было почти всё то же самое. Разве что машин поменьше. Мужчина заглянул в ближайшую и обомлел: внутри, на водительском сиденье, спокойно восседал скелет. Неужто кто-то с плохим чувством юмора решил устроить глобальный краш-тест, но вместо обычных роботоподобных изделий поместил внутрь скелеты?

   Внутренний голос робко предложил пойти домой, но сил не оставалось. Ноги казались ватными, спина тихонько ныла, да и руки гудели в локтях. В таком состоянии ходить лучше не надо. Поэтому Вениамин, плюнув на приличия, разлёгся прямо на мягком асфальте — в следующую секунду он понял, что мягкостью дорожное покрытие обязано поросшей на нём траве, но было уже поздно. Мозг отправил хозяина в беспокойный сон.

   

   Проснулся мужчина от того, что кто-то усиленно пытался его растормошить. Открыв глаза, Вениамин разглядел перед собой участливо склонившуюся над ним девушку. Отметил про себя — милая особа. Рядом с красавицей стоял какой-то хмурый тип. Будь бывший самоубийца лет на десять моложе, он бы обязательно решил, что такой противный вид человек — её парень. Но тот вёл себя крайне сдержанно и даже, казалось, рад был видеть лежащего на асфальте человека.

   — Пи-ить!.. — простонал Вениамин, и девушка тут же полезла в карман за баклажкой с водой. Утолив жажду, мужчина спросил: — Кто вы?

   — Мы из Службы доверия.

   Голос знакомый. Он слышал его где-то... Организм наивно предположил, что это было минут десять назад, но недавнее посапывание под открытым небом и окружающие его метаморфозы, которым было явно не меньше трёх лет — кажется, столько нужно, чтобы от человека остался один скелет? — подсказывали, что разговаривал Веня с этой красавицей ещё в «прошлой» жизни. Тут же вспомнился условно недавний разговор. Работница Службы доверия, по имени Марина, обещала лично приехать к нему и отговорить от самоубийства. Зачем? Он же точно не прыгнет! Мысль обрела словесную форму:

   — Почему вы всё-таки за мной приехали?

   Девушка мило улыбнулась и ответила:

   — Это наша работа.

Леонид Добкач © 2013


Обсудить на форуме


2004 — 2021 © Творческая Мастерская
Разработчик: Leng studio
Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе об авторском праве и смежных правах. Любое использование материалов сайта, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.